В Советском Союзе с успехом использовались боевые собаки. Пограничные, внутренние войска невозможно представить без четвероногих воинов. В начале 90-х годов, когда высококлассные специалисты оказывались на обочине новой жизни, дела до братьев наших меньших вообще не было никому. Или почти никому. Вопросу подготовки собак специального на­значения автор посвятил много времени и сил. Эта тема является еще более закрытой и узкокорпоративной, чем тактика действий самих спецподразделений. Каждый командир соответствующей кинологической структуры разрабатывает и вне­дряет свои методики, и он вовсе не спешит поделиться с каждым встречным своими наработками. Из всех стран бывшего Союза я бы выделил кинологов спецназа МВД Беларуси «Алмаз» и группы «К» Центра спецопераций «А» Службы безопас­ности Украины. К сожалению, вынужден признать, что в России подготовка именно боевых собак оставляет желать лучше­го.

Мне довелось принимать участие в тренировках кинологического подразделения Центра специальных операций «А» Служ­бы безопасности Украины.

Специфика службы киевских «альфовцев» такова, что им приходится выполнять задачи, диаметрально противоположные общепринятой тактике действий кинологических подразделений силовых структур. С одной стороны, они охраняют выс­ших должностных лиц государства и участников судопроизводства, а с другой - ведут борьбу с терроризмом и организо­ванной преступностью.

Это заставило разделить кинологическое подразделение на несколько групп, каждая из которых имеет свою специализа­цию. Условно их можно определить как защитную и штурмовую.

Соответственно в функции первой входит поиск и обнаружение взрывчатых веществ, обеспечение личной безопасности охраняемых персон. Вторая группа принимает участие в силовых акциях, проводимых непосредственно против преступни­ков и террористов.

Такая функциональность кинологического подразделения Центра спецопераций достигается не только подготовкой слу­жебных собак, но и уровнем профессионализма самих офицеров-кинологов.

Надо отдать должное руководителям украинской «Альфы», они очень четко осознают важ­ность, а главное, высокую эффективность применения четвероногих воинов. Поэтому денег на подготовку специалистов и собак не жалеют. По аналогии с российской «Альфой», наши украинские коллеги отбирают кандидатов для службы в антитеррористическом спецподраз­делении «А» из выпускников Академии пограничных войск Украины. У бойцов Центра спецо­пераций сложились очень тесные, дружеские отношения с пограничниками. Офицеры «Аль­фы» вместе со своими собаками проходят базовый курс в кинологическом учебном центре пограничных войск Украины. Занятия проводятся по специально разработанной командиром спецназовских кинологов программе, в среднем это занимает до четырех месяцев. После ус­пешного окончания учебы проводники на местах дорабатывают необходимые элементы и от­тачивают мастерство «мохнатых» бойцов. Предпочтение отдается немецким овчаркам.

По мнению командира кинологов ЦСО «А» СБУ, жизненно необходимо увеличить штат всего подразделения, разделив его на три группы: штурмовую, минно-розыскную, охранную. Это позволит более специализированно тренировать бойцов и собак, исходя из решаемых за­дач, при этом не отвлекаясь на выполнение не свойственных им обязанностей.

Теперь вернемся к существующим тренировкам обеих групп подразделения.

Группа охраны и защиты. Основной упор в подготовке делается на поиск и обнаружение взрывных устройств. Большое внимание отводится занятиям по курсу собаки-телохранителя.

Сами проводники со своими питомцами работают и как саперы, и как сотрудники личной охраны, действующие на сред­нем периметре.

Используя рабочие качества служебной собаки по поиску взрывных устройств, кинолог зачищает объект. Одновременно он осуществляет визуальный осмотр прилегающей территории, используя специальные технические средства, приборы и устройства с целью обнаружения других источников угрозы для охраняемого лица.

В момент прибытия VIP-персоны в сопровождении личной охраны к месту запланированного посещения команда «К» нахо­дится в режиме готовности к активным действиям в качестве группы тактической поддержки (ГТП). Её задача в случае нападения на охраняемое лицо - вступить в силовое противостояние с преступниками или агрессивно настроенными эле­ментами и прикрыть действия наряда личной охраны, обеспечить возможность немедленной эвакуации охраняемой персо­ны.

В таких ситуациях специально подготовленная собака становится очень грозным оружием, особенно в паре с тактически грамотным и хорошо обученным спецназовцем-кинологом.

Офицеры снабжены необходимыми транспортными, техническими средствами, вооружением (пистолеты АПС, ПМ, «ФОРТ», автоматы АКС или АКСУ) и экипировкой. Работа в режиме, когда каждая группа с оружием и собаками на автомобилях на­ходится в боевой готовности и патрулирует определенную часть города, дает возможность моментально реагировать на изменение оперативной обстановки. Такая система весьма эффективна. Она позволяет быстро и четко отрабатывать мес­та, которые посещает охраняемая персона, проводить их качественную зачистку и в целом обеспечивать высокий уро­вень надежности охраны.

«Альфовский» подход к решению служебных задач очень впечатляет.

Штурмовая группа. Офицеры, входящие в состав этой группы, проходят стандартный курс подготовки вместе с сотруд­никами подразделения, которое непосредственно осуществляет силовую фазу антитеррористического мероприятия. Это дает возможность кинологам ясно и четко представлять тактику действий боевых групп Центра «А», знать свое место в боевом порядке.

Собаки тренируются по специально разработанной командиром кинологического подразделения программе. После успеш­ного прохождения курса наступает черед боевого слаживания команды «К» (кинолог и собака) и атакующей группы. Жи­вотное обучают работать в контакте с другими офицерами, спокойно реагировать на действия своих, понимать, где враг.

Как я уже упомянул выше, мне довелось увидеть обычную учебно-тренировочную работу. Постараюсь вам, уважаемый чи­татель, в общем плане показать, что проделывают эти, на первый взгляд, простые, веселые, доброжелательные парни со своими «унисобами» (универсальные боевые собаки) на занятиях по тактической и огневой подготовке.

Получилось так, что один «альфовец» занимался со своим начинающим четвероногим бойцом. Хотя малышу исполнилось всего четыре месяца, он уже спокойно работал по курсу послушания и социальной адаптации в условиях сильных стрес­совых раздражителей в виде стрельбы из разнообразного оружия. Юный мохнатый «штурмовик» со звучным именем Рокки оказался выше всяческих похвал. Его гордый и довольный учитель двухметрового роста с лаской и нежностью взирал на успехи своего маленького боевого брата.

Одновременно отрабатывались специальные подготовительные упражнения по тактике действий двух штурмовых команд «К» в условиях учебной обстановки уличного боя. Здесь трудились полуторагодовалые «немцы».

Хочу особо отметить тот факт, что кинологи прекрасно владеют оружием, имеют высокий боевой дух, мыслят и действу­ют нестандартно, дерзко и напористо. Причем заметно, что они изначально все же офицеры спецназа, а уж потом киноло­ги.

Несколько раз в неделю группы со своими собаками выезжают на полигон для отработки необходимых навыков. Приведу ряд упражнений, которые у меня вызвали наибольший интерес.

Первое. На стометровом участке местности, подготовленной для стрельбы из автомата, одна группа кинологов с собаками находилась на огневом рубеже. В ее задачу входило ведение огня по целям из различных положений. Собаки при этом ук­ладывались в трех-пяти метрах впереди стрелка, на директрисе огня, с таким расчетом, чтобы стрельба из автомата ве­лась фактически над головами животных.

Вторая группа кинологов с собаками двигалась от огневого рубежа к мишеням параллельно линии ведения огня первой группой, одновременно отрабатывая элементы обычного курса послушания (движение рядом).

Они также выполняли стрелковые упражнения с различных дистанций и из разных положений. Когда спецназовец останав­ливался для открытия огня, собака самостоятельно укладывалась немного позади него, чтобы не мешать бойцу вести при­цельный огонь. Штурмовые собаки и сами «альфовцы» работали спокойно и сконцентрированно, несмотря на то, что пу­ли, выпущенные из оружия первой группой, свистели в метре от них.

Второе. На удалении пятидесяти метров от огневого рубежа расставлялись грудные мишени с промежутком полтора-два метра между собой. Проводник с собакой начинал движение вдоль них. Когда кинолог и пес приближались к первой мишени на полтора-два метра, вто­рой проводник с огневого рубежа стрелял в нее короткой очередью из автомата. Соответст­венно, когда пара приближалась к следующей мишени, та снова перед ними прошивалась пулями и так далее.

Помимо тренировки в точности поражения мишеней стрелком, кинолог со своим воспитанни­ком приучаются не обращать внимание на физическое и психологическое воздействие, ко­торое оказывают пролетающие в непосредственной близости пули.

Строгое соблюдение правил ведения стрельбы и постоянное смещение огня вторым спецна­зовцем позволяют нарабатывать навыки изменения секторов стрельбы в условиях меняю­щейся обстановки. Если сказать проще, то стрелок не глупо и «отмороженно» давит на спусковой крючок, а ведет расчетливый огонь, все время внимательно наблюдая за дейст­виями своих сослуживцев.

Третье. Упражнение называется «Дуэль». Стрелок ставил возле себя в двух-трех метрах первую грудную мишень. Напротив, на удалении 30-40 метров, устанавливалась вторая ми­шень. Она находилась на тропе, по которой следовал проводник с собакой.

Когда команда «К» (кинолог и собака) приближалась ко второй мишени на 2-3 метра, замаскировавшийся стрелок начи­нал стрелять из автомата, короткими очередями.

Проводник после первого выстрела укладывал собаку и делал кульбит в сторону, уходя с возможной линии огня. Извле­кал пистолет (ПМ, АПС, «Форт») из набедренной кобуры и производил сдвоенный выстрел («флэш») в первую мишень, стоящую в 2-3 метрах от автоматчика. (Пистолет «Форт» разработан под стандартный пээмовский патрон, внешне напоми­нает «Кольт», емкость его магазина 12 патронов.)

Получалась своеобразная дуэль, при которой роль объектов для поражения выполняли мишени. Проводник, сделав пер­вую серию выстрелов, подзывал жестом собаку и смещался в другую сторону. Затем снова производил «флэш» по пер­вой мишени, затем его действия повторялись. Таким образом, постоянно маневрируя и уходя с возможных линий огня, он приближался к автоматчику и его мишени на 12-15 метров, затем производил пуск штурмовой собаки (в наморднике) на стрелка, а сам в это время прикрывал ее рывок к «врагу», ведя огонь из пистолета в движении. Последние два выстрела производились с дистанции 5-7 метров в голову. При этом на протяжении всей «дуэли» командир давал кинологу вводные задачи по изменению положений для стрельбы (стоя, сидя, лежа), перезарядке оружия и смещению точки попадания в ми­шени (голова, грудь, плечо, живот).

Стрелок в засаде все это время работал короткими очередями по своей мишени, его задачей было производить шум и дав­ление непрерывной стрельбой. После того как пес «клюнул» его намордником, он прекращал огневое воздействие и пас­сивно боролся с собакой.

Четвертое. Упражнение называется «Стенка». С одной стороны стены с многоуровневым расположением окон находился кинолог с собакой. По команде он открывал прицельную стрельбу из автомата или пистолета по мишеням на удалении 10-70 метров. Спецназовец вел одиночный огонь, в хаотичном порядке меняя бойницы. Собака находилась позади него в 2-3 шагах и не мешала перемещениям проводника. После завершения стрельбы командир подавал условный знак фигуран­ту, который до этого прятался на удалении нескольких десятков метров. Он начинал перебежку к другому укрытию. Кино­лог ориентировал собаку на «врага» и производил пуск. Она перепрыгивала стенку и устремлялась к «злоумышленнику». Ее задача - настигнуть фигуранта раньше, чем тот спрячется в укрытии, и не дать ему возможности вести прицельную стрельбу в проводника. В это время кинолог вновь открывал огонь, прикрывая действия собаки, после чего устремлялся вслед за ней для оказания возможной силовой поддержки. Это же занятие выполнялось по аналогии с «дуэлью», когда фигурант не просто перебегал из укрытия в укрытие, а при этом вел стрельбу в движении по мишеням, находящимся в 3-5 метрах от стенки.

При отработке вышеперечисленных элементов «спецы» не только тренируются в снайперской стрельбе, но и отрабатыва­ют умение постоянно контролировать боевую обстановку, адекватно реагировать на ее изменение. Ведь фактически под огнем на параллельной линии работает напарник со своей собакой, и от того, как ты действуешь, зависит жизнь твоего боевого товарища.

Эти занятия нарабатывают психологическую устойчивость всего подразделения. Бойцы знают и чувствуют друг друга, происходит боевое слаживание и сплачивание коллектива. Такие же навыки вырабатывают и у четвероногих воинов. «Унисоб» в таком случае становится средством усиления оперативных возможностей группы специального назначения.

Я не зря обратил ваше внимание на прекрасную физическую и стрелковую подготовку проводников. Именно она способст­вует тому, что офицеры спокойно и уверенно выполняют любые упражнения, связанные с использованием собак и боево­го оружия.

Украинские «альфовцы» с успехом вводят в качестве обязательного элемента боевой подготовки «обкатку собаками». Не­что подобное наши российские спецназовцы испробовали на себе во время обучения на базе Национальной жандармерии Франции в Бьене.

Для того, чтобы штурмовик (сами украинцы говорят «боевик», но так как у нас это слово имеет довольно четкие ассоциации, я его сознательно заменил), то есть офицер подразде­ления по силовому задержанию, представлял себе, что такое реальная собака и какова мощь ее челюстей, приглашаются владельцы со своими питомцами разнообразных пород, на­чиная с питбультерьеров и заканчивая мастиффами.

Сначала, надев скрытую защиту, «спецы» дают собаке возможность сделать хватку за ру­ку. При этом пес находится на привязи и коротком поводке. Возгласы удивления и боли, со­путствующие этому элементу, красноречивее любых слов говорят о силе собачьих челю­стей. Бойцы моментально осознают серьезность четвероногих воинов. Затем в дресскостю­ме спецназовцы вступают в единоборство, стараясь отбить собаку, задушить ее, придавить к земле. На заключительном этапе псов пускают в намордниках на офицеров, практически ничем не защищенных. Кстати, любителям сказок об эффективности работы собаки в на­морднике стоит посмотреть на тренировки украинских спецназовцев. Все страшные «кроко­дилы», которые до этого нагоняли страху на окружающих, оказались бессильны перед чело­веком.

Введение в состав штурмовых групп кинологов с собаками, как правило, является большой и неприятной неожиданностью для противника.

Во время проведения совместных антитеррористических учений в Украине роль преступника выполнял один из офицеров спецназа. Он находился в большом здании с множеством комнат и подсобных помещений. Забаррикадировавшись в одном из них, он приготовился к встрече с офицерами «Альфы». Чтобы обнаружить преступника, здание обычно обыскивается, при этом штурмовые группы, входя в каждое помещение, должны быть готовы к атаке. Естественно, такое продвижение по всему комплексу отнимает много сил и времени. «Террорист» спокойно ожидал нескорого штурма. Однако он не пред­полагал, что «альфовцы» используют боевых собак. Прежде чем войти в помещение, они пускали туда в качестве развед­чика «унисоба» и по его поведению определяли наличие или отсутствие посторонних лиц. Таким образом спецназ продви­гался с большой скоростью и не отвлекался на негодные объекты. Вскоре точное место «преступника» было установлено. Имея информацию, что «нарушитель» может знать тактику действий офицеров Центра «А» СБУ, было принято решение по­сле разрыва светошумовой гранаты, пустить в комнату в наморднике специальную штурмовую собаку.

Далее приведу рассказ самого «злоумышленника». И он действительно заслуживает внимания.

«Когда я почувствовал, что они («альфовцы») меня обнаружили, - вспоминает офицер, - то вначале удивился: как это у них так быстро получилось? Я знал боевой порядок и тактику действий «альфовцев», ведь она очень схожа с нашей. При­готовился к атаке. В комнату, как и предполагал, влетела граната. Я укрылся. После разрыва направил ствол своего авто­мата на уровень груди входящих и готов был открыть огонь. Вместо этого в дыму что-то мелькнуло, я даже не понял, что это было. И тут возле себя увидел собаку, которая жестко атаковала меня в ноги и пах. Все, что помню: ужас и еще раз ужас. Такой, что я забыл и про автомат, и про пистолет. Я даже не разглядел, что пес был в наморднике. Помню, что сильно орал, чтобы кто-нибудь забрал собаку от меня. Последующий силовой захват я воспринял, как божественное из­бавление от этого четвероногого монстра. После учений командир «альфовских» кинологов, который был инициатором пуска боевого пса, услышал от меня много о себе нового и интересного. Но если быть объективным, то вынужден при­знать, что работа по такой схеме моментально «вырубает» контроль над ситуацией. Скоротечность и внезапность атаки «унисоба» не оставляет даже мгновения для оценки обстановки. Даже если и начнешь стрелять, то в собаку, а не в лю­дей. Охватывает паника при виде страшной оскаленной морды. Как противостоять человеку, я знаю, а вот как быть со штурмовой собакой - даже не представляю».

К сожалению, я не могу рассказать о реальных случаях применения собак украинскими «альфовцами». Война спецназов­цев не видна. Они бдительно следят за тем, чтобы волна насилия не захлестнула Украину. Даже во время работы они предпочитают не афишировать свою принадлежность к мощнейшей силовой структуре, а на вопросы мирных горожан «А что ваша собачка ищет?» отшучиваются: «Колбасу».

Источник: Журнал "Братишка"
Автор: Дмитрий Фатин

увеличить

увеличить

увеличить

увеличить